Город мёртвых королей

Ароматический портрет города Хуэ, древней вьетнамской столицы. Все оттенки серых камней и строительного раствора. Серая, заросшая грибами и лишайниками, кора деревьев и фикусов. Бело-голубые осколки фарфора, из которого выложены мозаики. Терракотовая, выцветшая и покрытая мхом и зеленая покрытая мхом же древняя черепица на крышах. Зелень листьев, травы, листьев водных растений, зелень воды прудов, яркие цветы водяных гиацинтов и голубой нимфеи. Кармин пагод, темное дерево беседок, голубовато-зеленая поверхность огромных курильниц, белесый дым благовоний,  темная копоть от них на каменных стенах.

Аромат очень странный, самый, пожалуй, непростой из всех духов регулярной коллекции – не духи, а именно портрет города. Очень стойкий, с заметным шлейфом и сложным характером. Многие любят носить его в теплую и даже жаркую погоду, тогда картина тропиков воссоздается очень правдоподобно.

В составе духов: листья манго, листья фиалки, водоросли, элеми, чоя накх, чоя лобан, чоя рал, кевда, хмель, жасмин, франджипани, розовый лотос, можжевельник, розы, лаванда, костус, агаро, дягиль, лабданум, дубовый мох, пачули, ветивер, аттар глины, ладан, сандал, мирра, шафран.

Отзывы на "Город мёртвых королей"

Очень старый город. Старый в смысле очищенности от запахов современности: бензина, вокзалов, метро, резины и асфальта на солнце, шлейфового парфюма жителей. При этом пахнет и правда городом, в смысле от противного: не-садом, не-цветником и не-лугом, так привычно ожидаемых в духах. Пахнет городом в котором найдется место не только мертвым королям, но и многому живому, которое обязательно к этому городу потянется. Начало почти не понравилось. Пахло сырым камнем, остатками костра залитого дождем с еле уловимыми призвуками некоторого биоразложения. А вот дальше началось невероятное. На улице ветер принес уже мягкое сухое дерево, не природное, а обработанное человеком, такой нежно деревянный запах про мебель, про дом, про мастерские и ремесла, про храмы. На солнце открылись кусты можжевельника и травы. Травы то горькие, то сладковатые, в прохладе больше похожие на влажный мох или листья. Залитый костер сменялся сухим дымком и начинало тянуть ладаном. Временами что-то тончайше цветочное проступало и тут же пряталось, как это бывает, когда спешишь и пробегаешь мимо чужого сада. В прохладе появлялись мед и воск.
На улице очень красиво смешивается с запахами улицы, даже не смешивается, а они в него входят, становятся на какой-то момент очень органичной частью общей картины и выходят. Удивительно вливались и выливались цветущая липа, сохнущая свежеполитая земля, резина на жаре и плесень в тенистом дворе. Аромат очень подвижный. Это не просто город мертвых королей, это экскурсия по нему, но довольно своеобразная: турист стоит на месте, а город сам показывает ему свои разные части, решая когда и какие именно. Стойкий, но безшлейфовый. Про него легко забывать в течение дня, пока он сам неожиданно не напомнит о себе поворотом головы, взмахом руки, принесется с ветром или неожиданно раскроется на солнце.
Общее впечатление совершенно потрясающее, это гораздо больше чем просто духи, это такая долгая-долгая прогулка и тоска по ушедшему.

Он невероятный. Величавый, умирающий, полупустой Белый Город. Город великих королей, город мертвых королей, ибо давно в нем правят наместники, а короли остались только в воспоминаниях, да каменных изваяниях тронного зала. К тому же и Денетор, сын Эктелиона - это совсем не Арагорн сын Араторна.
Отчаяние, страх, тоска, камни, горечь утраты - вот что живет в этом мертвом городе. И Белое дерево не цветет уже давно.
Такое горькое и грустное начало - лаванда с лабданумом - тихо, спокойно - торжественной поступью по каменным мостовым. Ожидание чего-то, что должно свершиться - неизвестно, к добру ли, к худу ли. И пахнет сырыми камнями крепостных стен и немного тленом и запустением.
А еще очень красивый ветивер, зеленые ноты, приправленные чем-то терпким, не специевым нет - скорее чем-то алкогольным - очень благородно и торжественно, но все опять срывается в тоскующую лаванду. И торжественные ладан и мирро королевских покоев - пустых, холодных, безжизненных.
Мне думалось, что эта изысканная неживая красота так и будет жить на мне, чуть теплея и согреваясь, но нет - постепенно, потихонечку - из ладанного сумрака появились крохотные росточки надежды - ангелика (Анюта, ведь там есть ангелика?), и чуть душноватый, но такой живой и радостный в этом строгом королевском окружении жасмин, постепенно добавились еще какие-то цветочные ноты, распознать которые я так и не смогла - не надо - они здесь просто зажили радостным фоном. Фоном, дающим надежду.
И вот уже мертвый город оживает, он звучит теплой, любимой амброй, всполохами жасмина и, кажется, плюмерии - но я могу ошибаться, здесь все настолько цельно и крепко, что не хочется думать о нотах и составляющих. Просто появилась надежда - Владыки Гондора вернулись,Белое Дерево обязательно зацветет и Город мертвых королей станет вновь самым прекрасным на свете - белокаменным Гондором.

Ничего не сидит на мне, ко всему равнодушна…, лишь тонкий флакон с почти черной жидкостью дает силы, дает дышать, уносит в даль, туда где спокойно мое сердце, в старый азиатский город, где постоянно дождь и от этого храмовые плиты начинают источать аромат, где плесень и лишайники сплетаются на стенах в причудливые узоры. Стоялая вода, гул жаб и цикад и старые деревянные пагоды- часовни, пропитанные насквозь благовониями и вековой копотью. А вокруг бушует дикая зелень и жизнь! Она тихо и монотонно пожирает, воющую человеколепную породу. Природе надо так мало времени, чтобы поглотить то, что человек возводил веками…, лишь миг закатного солнца блеснувший в глазу кузнечика. Анна Зворыкина, спасибо тебе за мой отдых души, за мои полеты наяву. Это грустно, но это очень живое.

Аромат странный и непривичный носу сочетанием экзотических компонентов. Но он и заявлен у Анны, как воспоминание-фантазия о древнем вьетнамском городе. Совершенно соответствует своему названию. Сначала пахнет известью, глиной, штукатуркой. И тут же слышны бальзамы. Они горькие и густые, так наверное пахнут древние потрескавшиеся от времени статуи, которые столетиями умащивали драгоценными маслами. Город медленно поглощают влажные джунгли.
Первые ноты конечно страшноваты, старые каменные стены буквально обрушиваются вокруг тяжелой известковой крошкой, но аромат для меня носибельный.
Для тех, кто любит несладкую бальзамичность – очень красив, жаркий, согревающий, ближе к базе слышны прекрасные тяжелые деревяшки, ладан, мирра. И еще дальше – обожаемый мной сухой теплый ветивер.

Аромат-атмосфера, аромат-путешествие. Так действительно пахнет в старинных каменных постройках. Во время путешествия по военно-грузинской дороге мне довелось полазить по древнему монастырю. В кромешной темноте я долго карабкалась по очень высоким и узким, холодным и сырым каменным ступеням, пока не залезла на верх башни, в каморку, где монахи хоронились от врагов. Там пахло истлевшей древесиной и известкой, но уже не было сырости. Я вышла на смотровую площадку, и с гор веяло теплом, ароматом цветов и листвы ... Но в "Городе мертвых королей" совсем другие цветы и листья - да, конечно, это тропическая зелень - мясистая, влажная, насыщенная. Аромат уже не рассказывает мне о том, как я спустилась с этой башни вниз. Наверное я там и останусь ...